Noir Epices Frederic Malle: мой тёмный близнец

Когда я начинала писать этот текст, я была уверена, что Noir Epices - любимый аромат самого Фредерика Малля. Откуда я это взяла - не помню, но вполне возможно, что отчасти это правда. Потому что он в каждом интервью говорит, что прямо сейчас носит самые новые ароматы своего бренда. На данном этапе это, судя по всему, Uncut Gems Мориса Руселя. 

Saraj Gritti: дым и чёрные зеркала

 

Раньше я знала, что слово Saraj означает "дворец" в тюркских языках (Бахчисарай - "сад-дворец", например). Но, оказывается, есть варианты. В Индии есть мужское имя Saraj, означающее - в разных источниках - "солнечный луч" или "рождённый в воде лотос". По-арабски saraj - "седло". А на санскрите saraja - "пыльный". 

И всё это совершенно никак не объясняет концепции аромата под названием Saraj от итальянского бренда Gritti (полное название - Gritti Venetia, ранее - Dr Gritti Venetia).

Лука Гритти - создатель и единственный парфюмер бренда - потомственный венецианский аристократ, все предки которого имели то или иное отношение к парфюмерии. Он даже получил химическое образование, по семейной традиции, но внезапно взбунтовался - и пошёл работать финансовым консультантом. Да, вот так бунтуют дети в креативных семействах, когда не хотят быть nepo babies. 

На логотипе Gritti изображён фамильный герб семейства

Впрочем, через семь лет такой работы, в 2010 году Лука решил, что фамильное дело ему всё-таки интересно, и основал собственный бренд - отдельно от всех семейных бизнесов. И бренд довольно быстро завоевал признание парфувлечённых и простых пользователей. Gritti с самого начала был очень понятной нишей - качественной и концептуальной, но вполне носибельной. 

Лука Гритти на Esxence 2016 (источник)

Самая популярная линейка Gritti - "белая", жизнерадостные и остроумные ароматы в белых флаконах. Тут много цветов и фруктов, а ещё много столь ценных для пользователей "стойкости и шлейфовости". Но до белого цвета был чёрный, нигредо всегда предшествует альбедо. 

Saraj на Фрагрантике не относится к Black Collection бренда - но официальный сайт утверждает, что как раз относится. И в этом случае я бы предпочла верить именно ему. 

Именно в "чёрной коллекции" вышел первый аромат Gritti - Antalya, и был он необычным морским фужером с отчётливым восточным уклоном. В сторону Востока смотрел Лука Гритти и после этого - вся Black Collection наполнена специями, драгоценным деревом и другими составляющими ориентального направления в парфюмерии. Даром что богатая история его родной Венеции всегда была тесно переплетена с арабскими странами и Османской империей. 

Saraj описывается как портрет женщины - загадочной принцессы Алайи (вымышленный персонаж), нарисованный на песке пустыни. Аромат этой незнакомки должен быть тёплым и соблазнительным, кружащим голову и не отпускающим до следующего свидания с ней. Опять-таки - если верить официальному сайту.

И вот это - тот случай, когда мне что-то не очень верится официальному сайту. Потому что я, как ни стараюсь, не вижу в Saraj эту восточную принцессу. Вполне возможно, что это таки дворец - но кто в нём живёт? 

В самом начале я слышу в аромате что-то пряное, при этом твёрдое и округлое, вроде горошин перца. Перец, впрочем, в аромате не заявлен - тут есть корица и гвоздика, поданные довольно резко и в каком-то смысле маскулинно (в отзывах на этот аромат часто пишут, что он кажется скорее мужским и не представляется на женщине). Ветивер и кедр поддерживают эту "янскую" твёрдость и строгость, а зелёная ангелика при таком соседстве начинает пахнуть полынью. 

Но потом шкаф со специями сменяется ароматным дымом - это олибанум и ладан, прохладные и сумрачные, как пространство внутри огромного храма. Какому богу или богине посвящён этот храм и при каком дворце он находится - остаётся только догадываться. 

Saraj - один из самых красивых на моей памяти ладанных ароматов. Но этот ладан скорее про интерьер, чем про человека. Он медитативный и успокаивающий, но совершенно не чувственный. Он про духовное, а не про телесное. Здесь нет твоей принцессы, Марио, и вообще это не тот замок. Иди с миром. 

Если тут есть люди, то они - функция от интерьера, силуэты на фоне, воспоминания самого дворца. Как в этом красивом клипе. 

Escentric 03 Escentric Molecules: банка свежего воздуха

Более скандального бренда, чем Escentric Molecules, я не припомню. Какого только хорошо продуманного эпатажа не было до и после 2006 года, когда появился бренд Гезы Шёна, какие только удары не терпели носы и мозги несчастных парфманьяков и простых пользователей парфюмерии... Но ничто из них не сравнится с накалом интернет-боёв на тему "Молекулы - надувательство в особо крупных размерах или новое слово в парфюмерии?"

Для тех, кто всё пропустил, вкратце пересказываю. Идея Гезы Шёна была в том, чтобы сделать "нуль-парфюмерию" или даже "минус-парфюмерию", выведя на первый план не полумифические "нотки и пирамидки", а химические соединения (на профессиональном жаргоне "молекулы"), которые на самом деле были в парфюмерии давно, просто о них знали - и пользовались ими - только парфюмеры. У бренда с самого начала были две линейки: серия Molecules содержала эти вещества в чистом виде, серия Escentric - в виде минималистичного аккорда, лаконичной парфюмерной композиции.

Флаконы Escentric Molecules тоже наводят на мысли об уроках химии

Пройдёт лет 15, и амброксан станет таким же привычным словом в "пирамидках", как кашмеран (тоже искусственная "молекула", но, кажется, существовали люди, реально верившие в существование некоего "кашемирового дерева"). Но в середине нулевых никто толком не знал, как продавать эти ароматы. Начались маркетинговые легенды про волшебные парфюмы, "подчёркивающие запах вашей кожи", а отсюда полшага до "запаха секса" и прочих ароматов с феромонами. Кто-то придумал использовать "молекулы" для смешивания с другими ароматами - позже на этом же обрёл популярность Not A Perfume Juliette Has A Gun - до сих пор один из бестселлеров бренда. А кто-то стал носить эти лаконичные истории сами по себе - и оказалось, что в них спокойно и комфортно. 

Честная урбанистическая парфюмерия нашла своих поклонников - и находит до сих пор. У бренда вышло уже 5 пронумерованных пар и несколько вариаций к существующим - последняя на сегодняшний день вышла в 2020 году. И, судя по всему, останавливаться они не собираются. 

Создатель "молекул" - такой же стильный чувак, как имидж его бренда :)

Первой героиней бренда в год его запуска стала молекула Iso E Super, существующая в аромахимии с 1973 года. Вторым был амброксан - пара ароматов с ним вышла у Escentric Molecules в 2008 году. Третьим - ветиверилацетат, и вот о нём мы сейчас и поговорим.  

Тут я должна оговориться: в самом начале своего парфманьяческого пути я была на стороне тех, кто считал "молекулы" продажей воздуха за большие деньги. Я, конечно, все их попробовала (на тот момент вышло 3 пары, и их легко было найти в магазинах) - и мне ничего не понравилось. "Молекулы" пахли горелой проводкой, пластмассой, оргстеклом и прочим неуютным киберпанком. Тогда мне хотелось от парфюмерии не этого - мне ещё только предстояло полюбить всей душой бренд Comme des Garsons, сделавший карьеру на этой занимательной урбанистике. 

И совершенно неожиданно Escentric 03 открыл мне нечто новое. Как будто окно - или хотя бы форточку - в новое пространство. 

Ветивер - это такая трава (фото из Википедии)

Ветиверилацетат, ставший главным героем третьей пары Escentric Molecules (в Molecule 03 вообще нет ничего, кроме него), появился в парфюмерии не вчера. Выделять спиртовую фракцию натурального ветиверового масла (сырьё, которое получают из корней ветивера), а затем обрабатывать уксусной кислотой, чтобы получить собственно ветиверилацетат, умели ещё в начале ХХ века. Классический шипроальдегид Aprege Lanvin, вышедший в 1927 году, содержит целых 11% ветиверилацетата - он помогает раскрываться цветочному сердцу аромата, делает его строгим и собранным, превращает цветочный букет в детективную загадку, увлекающую за собой, в загадочные тёмные коридоры. 

Но в Escentric 03 ветиверилацетат не делает аромат тёмным, не заземляет его, как он умеет это делать. Напротив, он взлетает вверх, в прозрачную глубину неба. Как будто перед тобой распахивают дверь - и за ней оказывается лес посреди зимы. С ароматом хвои и древесной коры смешивается запах льда и снега - а ещё запах дублёнки, в которой мы вышли в зиму, запах мыльной чистоты после горячего душа и самую малость - запах антисептика для рук...

Антисептик в эту компанию затесался случайно и недавно: пост-пандемийное восприятие накладывает отпечаток. Но в Escentric 03, приходится это признать, таки есть что-то ненатуральное, пластиковое, урбанистическое и "чистое до скрипа". Как будто внутренности домика, из которого мы вышли в эту освежающую зиму, обставлены новейшей мебелью в скандинавском стиле. 

Но взаимоотношения природного и урбанистического тут интересные. Словно это не деревья, высаженные в городе в виде, допустим, тщательно вылизанного парка - а город вырос посреди леса, и лес милостиво позволил ему это сделать. В этом аромате есть человеческие, слишком человеческие оттенки мыла, ирисовой пудры и даже джин-тоника (лайм и хвоя складываются в очень похожий на него аккорд) - но хвоя и древесная кора, подчёркнутые ветиверилацетатом, всё-таки тут главные. 

Я всё ещё не люблю в парфюмерии сильно выраженную Iso E Super и амбродеревяшки. Но этот портал из города в хвойный лес - на мой пристрастный взгляд, лучшее, что получилось у этого скандального бренда. Люблю открывать эту дверь в любое время года - нам всегда не хватает хороших порталов.

1270 Frapin: осеннее вино

 

Когда заниматься парфюмерией начинают винодельни - это, на мой взгляд, смотрится даже логичнее, чем когда за ароматы берутся модные дома. Потому что во втором случае нам продают некий вымышленный образ, мечту о красоте и успехе, которая может пахнуть абсолютно чем угодно, в зависимости от трендов сезона. Когда мы смотрим фэшн-шоу - мы не думаем про запахи. А когда мы думаем про вино, коньяк или виски - мы думаем про букеты и послевкусия, ноты и раскрытие... то есть думаем непосредственно про аромат, а не маркетинговые финтифлюшки вокруг него. 

В этом смысле я считаю совершенно логичным, что By Kilian (ныне просто Kilian), основанный наследником коньячного дома Килианом Хеннеси, в конце концов пришёл к алкогольной теме - и его Angels' Share мне кажется прямым наследником аромата, о котором я сейчас пишу. 

Французский коньячный дом Frapin зашёл на парфюмерный рынок не так уж и давно - в 2007 году (одновременно с вышеупомянутым By Kilian, так совпало). Зато сразу с тремя ароматами: Esprit de Fleurs, Terre de Sarment и Passion Boise - женский, мужской и унисекс соответственно. И все три оказались очень хороши: крепко сбиты, насыщены, богаты и интересны. И, конечно, уже своими названиями они отсылали к богатой ароматике коньяков.

Парфлюбителям ароматы очень зашли. И когда в 2010-м вышел 1270 - он очень быстро стал самым популярным ароматом бренда. Именно с него я начинала знакомство с Frapin - и это знакомство в конце концов увенчалось приобретением флакона, потому что я поняла, что этот аромат мне очень нужен. Без него осень какая-то не та.

По моему опыту, лучше всего 1270 чувствует себя именно осенью. Желательно - золотой, когда небо светится особой осенней синевой, а солнце уже не греет, но сверкает и улыбается деревьям в разноцветной листве. Тогда 1270 - аромат сельского праздника урожая: необъятной длины деревянный стол под открытым небом, горы яблок и поздних слив, плошки с цветочным мёдом, бочонки с домашним сладким вином и коньяком, палые листья и - ближе к вечеру - пряный глинтвейн с дымом костра. 

Стоит похолодать - и все сладкие ноты 1270 сливаются в один медово-сиропный фон, алкоголь выветривается вовсе, древесная база лишь угадывается. Только если согреть аромат на запястье под свитером, он вспоминает, как прекрасно осеннее солнце.

И всё это - ароматика коньяка. Причём совершенно конкретного - 1270, одноимённого парфюму. Только неизвестно, что было первым: коньяк или парфюм. Хотя нет - первым точно был год. 1270 - это именно он.

Тот самый коньяк

Важен этот год потому, что именно в 1270 году на землях нынешней французской провинции Шампань - тогда это была прекрасная цветущая Аквитания - члены семьи Фрапен основали небольшое поместье, где выращивали виноград и делали вино, которое впоследствии научились перегонять в коньяк. Эти виноградники пережили Столетнюю войну и много других невзгод, включая Вторую мировую. Нам сейчас семейный бизнес, восходящий к XIII столетию, кажется чем-то совершенно нереальным - но в Западной Европе такое встречается.

Из рода Фрапен происходил, в частности, писатель Франсуа Рабле - сын Антуана Рабле и Анны Катерины Фрапен. Племянник Рабле, Жеан Фрапен, был придворным виночерпием короля Франциска I.

Коньяк 1270 - удовольствие недешёвое, и пробовать его мне не доводилось. Впрочем, в обзорах отмечают его фруктовые ноты - и, думаю, именно их создательница аромата Сидони Лансессер в первую очередь стремилась запечатать во флакон. Здесь много фруктов - и свежих, и сушёных, но все они пропитаны солнцем, благословенным солнцем Шампани. 

Но что-то неуловимо напоминает о том, что это аромат не про фрукты, а про коньяк - алкогольные ноты в 1270 не очень явные, но всё равно оставляют ощущение, будто бы рядом с фруктами стоит бокал глинвейна. Или коньяка. 

Эта тема требует, конечно, более глубокого изучения, но у меня есть ощущение, что в своё время именно 1270 стоял у истоков алкогольного тренда в нишевой парфюмерии (а ещё Chene Serge Lutens 2004 года) - не просто "запаха открытой бутылки", а попыток передать в парфюме тонкую ароматику хороших напитков. 

Frapin развил успех, выпустив ещё один "годовой" аромат - 1697, названный в честь года, когда род Фрапенов получил фамильный герб и дворянский титул. А Сидони Лансессер впоследствии создала два аромата из хитовой "коктейльной" серии Kilian: Vodka on the Rocks и Apple Brandy.

Как по мне, 1270 - это классика, обязательная к ознакомлению для всех парфувлечённых. Он может быть очень разным. Одни отзывы уверенно причисляют его к маскулинным, другие - к феминной ванильно-фруктовой гурманике. Одни слышат в нём стручковую бурбонскую ваниль, другие - сладкий кофе с коньяком. Кому-то здесь слишком много алкоголя, кому-то недостаточно. В общем, всё как и положено с хорошо сделанным непростым ароматом. 

Замок Фрапен (фото с офсайта)

Frapin тем временем продолжает выпускать достойные внимания ароматы в неизменных по форме флаконах - теперь уже под отдельным брендом, P. Frapin & Cie. Каким-то образом они не теряются на фоне многообразия современной ниши и очень уверенно себя чувствуют. За их плечами - семь веков семейной бизнес-истории, с таким багажом можно ничего не бояться.

Vent Vert Balmain: зелёная дверь

 

Флакон этого аромата стоит в Международном музее парфюмерии в Грассе - наряду с Shalimar, Chanel No 5, Opium, Poison и прочей бессмертной классикой. И это, конечно, его первая версия. В случае с Vent Vert, в отличие от многих других классических парфюмов, доподлинно известно про его переформулировки. В истории этих версий было три. 

Первую - ту самую, классическую - придумала в 1947 году Жермен Сельер, одна из первых женщин в индустрии, в которой на тот момент доминировали мужчины. Сельер - создательница эпохальных (и скандальных) Bandit и Fracas для Robert Piguet. Vent Vert, созданный после Bandit, но до Fracas, тоже стал бомбой - и родоначальником целого парфюмерного жанра: зелёных ароматов. 

В 1991 году аромат реформулировала Калис Беккер, которая тоже давно и прочно вошла в историю парфюмерии: примерно половина её творений - современная классика. Новая версия Vent Vert - всего второй её аромат: первым был Monsieur Balmain, опять-таки реформулировка. Судя по встретившейся мне информации, Калис пришлось непросто: в оригинальной формуле Сельер - 1100 ингредиентов! Беккер сократила эту громадину до более удобоваримых 33. И заодно осовременила аромат, избавив его от винтажного "бабушкиного" флёра. В "стерильные" минималистичные 90-е, время акватики и чистоты, новый Vent Vert вписался как родной. Хотя и заставил Луку Турина провозгласить в своей книге, что Vent Vert мёртв. 

Наконец, в 1999 году Vent Vert в третий раз реформулировала ещё одна выдающаяся женщина - Натали Фейстауэр, создательница Eau des Merveilles Hermes и Putain des Palaces ELDO. 

Жермен Сельер, Калис Беккер и Натали Фейстауэр - три феи Vent Vert

Знатоки пишут, что разные версии отличаются. Мне сложно разобраться, какая версия у меня: с одной стороны, появилась эта миниатюрка у меня не так уж и давно. С другой стороны, на форумах пишут, что прямоугольный флакончик с "хохолком" - примета как раз версии 1991 года, да и пожелтевшая жидкость намекает на то, что это какой-никакой, а винтаж. Так или иначе - для меня эта миниатюрка, купленная когда-то за компанию с другими парфюмами, оказалась зелёной дверью в мир ароматов, про которые я годами была уверена, что не люблю их.

Зелёные ароматы всегда казались мне либо горькими, либо мыльными, либо запахом воды в вазе из-под цветов. Даже прославленная Chanel No 19 не изменила этого мнения (в конце концов я и тут нашла "свою" версию, но это другая история). А изменила его именно эта гальбанумная бомба под очень точным названием "зелёный ветер" - Vent Vert. Для меня это свежескошенный луг и утренний освежающий одеколон в одном флаконе. В любое время года работает порталом на летние альпийские луга. 

Вот этот рекламный постер - на нём именно вторая версия аромата - идеально соответствует содержимому флакона. 

Ключом к успеху первой версии, 1947 года, был именно передоз гальбанума - ничего подобного до Жермен Сельер никто не делал. Гальбанума в формуле 8% - и это действительно очень много. 

Гальбанум - это камедесмола, которую выделяет при надрезе ствол растения растения ферулы камеденосной - Ferula galbaniflua. Собирают эту смолу вручную - неудивительно, что стоит это ароматическое вещество недёшево. 

Гальбанум в диких условиях

Человечество знакомо с гальбанумом и его "матерью" ферулой давно - ещё в Древнем Египте эту смолу использовали как благовоние, но обычно в смеси с другими веществами. В Книге Исхода есть строки: "И сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего половину, и сделай из них искусством составляющего масти курительный состав". "Халван" в этом рецепте - это и есть гальбанум, который добавлялся в ароматические смеси в виде порошка из высушенной смолы. А смесь, которая в Ветхом Завете называется кеторет, была важной составляющей ритуалов в Первом и Втором Храмах Иерусалимских. Один из средневековых талмудистов комментировал этот рецепт в том духе, что гальбанум своей горечью должен был оттенять сладость ладана и пьянящую роскошь благовонных деревьев, чтобы напоминать о неизбежной расплате за грехи. 

Использовался гальбанум и в медицине - о его целительных свойствах писал Гиппократ. А в середине XIX века гальбанумную смолу применяли для... депиляции (такую рекомендацию давала актриса Лола Монтес, любовница короля Людвига Баварского), примерно как горячий воск. 

Но в парфюмерии эта ценная смола прижилась лучше всего. До появления Vent Vert самый заметный гальбанум можно было найти в волшебном Vol de Nuit Guerlain - здесь он свежий, влажный, как ночной воздух, в котором разворачивается цветочная композиция. Но в целом парфюмеры предпочитали не рисковать с большими количествами гальбанума - "родной" аромат у него действительно очень горький, землисто-древесный, и скорее хвойный, чем травянистый. Для нишевых экспериментов было ещё рано - первая половина ХХ века была временем элегантных цветочных композиций. 

Жермен Сельер рискнула - и выиграла. Гальбанум в Vent Vert - первая скрипка, и в последующих версиях он остался таковой. Именно он набрасывает на всю композицию зелёную шёлковую вуаль, под которой прячется букет весенних цветов - в первую очередь гиацинтов и ландышей, а где-то за ними скромно поджидает своей очереди свежая роза с капельками сладкой росы на лепестках... Да, на этом зелёном лугу цветут медоносные растения - но мёда придётся подождать.

Vent Vert в своих поздних версиях становится почти цветочным шипром - но лёгким, без свойственных шипрам задумчивости и меланхолии. Он весь - как вихрь из названия, легкомысленный и радостный, и в какую страну он унесёт ту, что носит его - неизвестно. Но там точно будет хорошо. 

Oriento Jeroboam: восточный экспресс ушёл

 

Jeroboam - бренд загадочный. С самого начала был таким - впрочем, начало случилось не так уж и давно: первые пять ароматов в чёрных флаконах вышли в 2015 году. Но уже тогда мне было очень интересно, откуда такое название и при чём тут библейский Иеровоам. А также - на каком языке названия и почему именно эсперанто? Почему Jeroboam - бренд одного парфюмера? Наконец, чем он отличается от десятков других нишевых брендов, каждый из которых настаивает на собственной уникальности и эксклюзивности?

Ответы на эти вопросы оказалось не так уж сложно найти - мне повезло побывать на презентации бренда в parfum buro (тогда ещё на киевской Воздвиженке), куда приезжал его отец-основатель Франсуа Энин. 

Франсуа Энин

До Jeroboam он уже успел создать неплохой бизнес: бренд Jovoy perfumes и одноимённая сеть бутиков нишевой парфюмерии. Работа с Jovoy познакомила его с независимой парфюмеркой Ваниной Мураччиоле - она делала для бренда сложносочинённый восток L'Art de la Guerre (а позже - ещё несколько ароматов, включая популярный Incident Diplomatique, о чём почему-то не знает фрагрантика). Оказалось, что у Ванины есть своё ноу-хау - собственноручно составленная мускусная база. И хотя бум мускусных "ароматов тела" на тот момент был уже позади (Not A Perfume Juliette Has A Gun вышел в 2010-м, а Eccentric Molecules прогремели ещё в середине нулевых), Энин решил сделать из этого коктейля парфюм. С него и начался бренд: эта смесь мускусов получила название Origino. 

Ванина Мураччиоле

Фишка Jeroboam - концентрации: все парфюмы бренда выпускаются в одном объёме - 30 мл (не считая пиар-наборов с миниатюрами) - и в концентрации extract de parfum, с которой такого объёма хватает надолго. Концентрация делает их если не самыми шлейфовыми в мире, то точно очень стойкими. 

Так что там с названием и эсперанто? С ними на самом деле сложно, но логику проследить можно. Иеровоам - это название бутылки для шампанского объёмом 3 литра (традиционно такие бутылки большого объёма называют библейскими именами, как-то так повелось во Франции), и это как раз должно говорить покупателю маленького чёрного флакончика, что изнутри эта ёмкость больше, чем снаружи, и "пить" аромат ему придётся очень долго. Плюс - ассоциация шампанского с темой соблазнения и секса, с которой связаны изначальные мускусы. Эсперанто - потому что это "универсальный мировой язык" (у него не вышло им стать, но выпьем же за высокие цели), а язык соблазнения и флирта тоже можно считать универсальным. В общем, какая-то очень французская система образов :) Мне было даже обидно, что всю эту интеллектуальную систему координат в итоге свели до набившего оскомину sex sells. Но судя по тому, что Jeroboam до сих пор выпускает новые ароматы - Франсуа Энин таки кое-что понимает в маркетинге. 

Место для мема "They are the same picture" :)

В числе первых пяти ароматов бренда, помимо изначального Origino, была ещё игривая тубероза Hauto, замысловатый восток Miksado, ванильная вкусняшка Insulo... и ещё один восток. Oriento, просто Oriento. Кстати, он называется так до сих пор - притом что слово "ориентальный", наследие колониального прошлого, в современной парфюмерии (и не только) не используют, а соответствующий подвид ароматов теперь именуют "амбровыми". 

Oriento поначалу кажется очередным отставшим от моды ароматом, выстроенным по канонам арабского востока - настоящего, а не его европейских интерпретаций. На его странице фрагрантики в разделе "На что похоже" можно увидеть кучу удовых парфюмов - притом что уд в его пирамиде не заявлен. При этом уд легко может померещиться в первой половине звучания аромата - когда в нём царит узнаваемо арабский шафраново-розовый аккорд, шершавый, как замша, и упругий, как дамасская сталь. При этом он лёгкий, как шёлковый шарф: в фоне его поддерживают леденцовые бальзамические ноты и капля лимонного сока, больше похожего на лимонные пастилки от кашля. Этот фон делает аромат полупрозрачным, желтовато-зелёным, в меру сладким - этаким облегчённым востоком, обдуваемым северо-восточным ветром с прохладной Атлантики. 

В раскрытии сквозь розовый шёлк прорастают зелёные пачули - и тут становится ясно, что наш восточный экспресс отправился ещё восточнее, сквозь арабские страны - в Индию. Роза становится пряной и влажной, вокруг сгущаются жаркие тропики. Разогретая кожа пахнет собой - где-то тут, вероятно, притаилась капля той самой мускусной базы Ванины Мураччиоле, плюс телесный сандал. И эта база внезапно оказывается ультрасовременной, "молекулярной", совсем не той арабской традиционной парфюмерией, которой аромат прикидывался вначале. 

Один из слоганов бренда Jeroboam - Perfume Extracts For Urban Nomads. И стоит дослушать их ароматы до конца - а лучше всего, конечно, прожить с ними свой обычный день - чтобы понять, насколько этот слоган на самом деле верен. Это действительно истории современных городских кочевников - истории детей глобализации, которые пересекают континенты с ноутбуком в рюкзаке, для которых мир давно стал очень маленьким и во многом одинаковым. Париж, Стамбул, Абу-Даби, Калькутта, Пхеньян, далее везде. Восточный экспресс перемещается со скоростью трансконтинентального авиалайнера. Пристегните ремни. 

Бонус-трек: саундтрек OneRepublic для новой игры из серии Assassin's Creed. Почему-то мне эти восточные мотивы кажутся созвучными вайбу Oriento. 

I Love New York for All Bond No 9: кофе в большом городе

Моя любовь к марке Bond No 9 не поддаётся никаким рациональным объяснениям. Это бренд, сделавший себе имя на очень узкой теме - и продолжающий её разрабатывать вот уже 20 лет. За эти годы у них вышло 155 ароматов - то есть по 7-8 в год; мало какая ниша и даже люкс могут похвастаться такой плодовитостью. Это не самые оригинальные и тем более не новаторские ароматы, часто они просты и прямолинейны, многие из них представляют собой просто откровенные аллюзии на классические образцы. И тем не менее - что-то в них есть (помимо отличной стойкости, конечно - в конце концов, не в стойкости счастье парфманьяка). 

Возможно, секрет именно в верности избранной теме - и в той внятности, с которой нанятые брендом парфюмеры на эту тему высказываются. В интервью основательница Bond No 9 Лорис Рахме говорила, что она планировала создать маленький бренд артизанальной парфюмерии, рассчитанной исключительно на нью-йоркцев. А оказалось, что ароматы во флаконах-звёздочках понравились всем: и богатым туристам, которые ищут необычные сувениры, и парфлюбителям по всему миру - в Киеве, например, эти флаконы можно было легко найти в оффлайновых сетевых магазинах. И "бонды" остаются популярными, несмотря на запредельный ценник - сейчас 50-миллилитровые флаконы на офсайте продаются минимум за 250 долларов. 

Серия I Love New York стала своего рода лицом бренда. В ней 8 ароматов, причём одновременно с первым ароматом-унисекс вышли мужская и женская версия. Позже было ещё несколько ароматов "по поводу", как I Love New York for Marriage Equality, на флаконе которого стоит дата вступления в силу Marriage Equality Act в штате Нью-Йорк. Все они, по сути, лимитки - на официальном сайте бренда сейчас ни одного нет. Впрочем, Bond No 9 снимает свои ароматы с производства лишь немногим медленнее, чем выпускает новые. 

Лорис Рахме в одном из бутиков бренда

Логотип на флаконе I Love New York узнаваем во всём мире - собственно, он-то и делает ароматы серии практически идеальным (хоть и дорогим) сувениром. Его придумал дизайнер Милтон Грейсер в 1976 году в рамках программы развития туризма в штате Нью-Йорк. Причём за свою работу он ничего не попросил, решив, что срок жизни простенького логотипа для госслужбы - в лучшем случае несколько месяцев. Знал бы он, что сейчас этому логотипу с сердечком подражают во всём мире - я почти уверена, что в вашем родном городе тоже где-то есть точка для фото с I Love *подставить название*. А после 11 сентября 2001 года он стал символом солидарности нью-йоркцев перед лицом трагедии - и тогда о нём уже точно узнали самые отсталые слои населения планеты Земля. 

Именно трагедия 11 сентября стала отправной точкой и для Лорис Рахме - по её словам, парфюмерный бренд был вдохновлён стойкостью нью-йоркцев и её собственным желанием принять участие в исцелении раненого города. Bond No 9 появился в 2003 году. 

Все ароматы бренда создаются в Нью-Йорке - хотя не все имена парфюмеров известны. Для I Love New York указана только компания IFF - и вполне возможно, что формула была коллективным творчеством. С парфюмерными компаниями, работающими на заказ, такое случается. И в случае I Love New York такая фактическая анонимность даже оправдана: как будто бы аромат создан не человеком, а самим городом. 

Бывают ароматы выходного дня, а вот I Love New York - про день рабочий. Утренняя суета большого города, которую мы миллион раз видели в кино. Одеколон после бритья (свой или мужа - у кого как), терпкий кофе из бумажного стаканчика, жареные каштаны с лотка на углу. Вечные попытки поймать такси с первого раза, выхлопные газы и креозот, ворох повседневной рутины, в которую ныряешь с разбега; "маши крыльями или сдохнешь". Предвкушение вечера - коктейль в любимом баре, мягкие кожаные кресла, блаженная усталость и немного невинного флирта. 

I Love New York, начинаясь резким уколом специй и отголоском несладкого кофе (говорят, в Америке плохой кофе; если он такой же, как в этом аромате - верно говорят :)), становится слаще и мягче в раскрытии. Это контрапункт терпкого и сладкого, кожи и шоколада. Аромат, похожий на коробку шоколадных конфет из любимой поговорки мамы Форреста Гампа. Как и Нью-Йорк - город бесконечных возможностей, город, который никогда не спит.

Говорят, ньюйоркцы ненавидят эту песню.