Белые и пушистые: молоко в парфюмерии

В парфюмерии много сливок, особенно взбитых, заварного крема, помадки, згущёнки, сладкого какао и кофе с молоком - но мало собственно молока, будто бы оно, как вода, совсем не пахнет. Но оно пахнет - и его уютный, влажный, обволакивающий аромат умеет успокаивать и возвращать в детство, размывать любую картинку в акварель, превращать текущий момент в туманное безвременье, ласковое и абсолютно безопасное, в котором возможно всё, но только хорошее.

Я очень люблю молоко в парфюмерии и одно время прицельно коллекционировала и пробовала ароматы, где оно указано в пирамиде. Сейчас это не самая трендовая нота, поэтому все мои любимцы - из прошлых лет, некоторые - уже классика. Но они мне не надоедают и с удовольствием носятся в любое время года.

Jeux de Peau Serge Lutens

В коллективном сознании парфманьяков Jeux de Peau больше всего известен как "аромат молока с печеньем", хотя, судя по названию, Лютанс и его парфюмер (он на фрагрантике не указан, но я подозреваю, что это снова Кристофер Шелдрейк) задумывали несколько другое.

Jeux de Peau буквально означает "игры кожи" - и это попытка передать в парфюмерии все оттенки нежности и уюта, которые мы испытываем при касании кожи любимого человека. Попытка разлить по флаконам окситоцин. Здесь есть отсылки к лютенсковской классике: сандал пришёл прямиком из Santal Blanc (и не дошёл до Santal Majuscule), пушистые абрикосы - из Daim Blond... В общем, заметно, что тема уюта (и связанная с ней тема сексуальности) занимала Сержа Лютанса не меньше, чем тема детских травм и экзистенциальной бездны. 

Фото здесь - моё, сделанное в декабре прошлого года, в сезон рождественских праздников. Рядом с флаконом - ломоть штоллена, который в сезон прекрасно сочетается с Jeux de Peau. Потому что он пахнет рассыпчатой выпечкой с сухофруктами, тёплым молоком с мёдом, плюшевым пледом и прочими радостями зимних каникул. В межсезонье здесь становится больше сандала - точнее, становится заметно, что молоко и печенье - это на самом деле сандал. Этот сандал такой, как я люблю. И это уже объятия любимого человека - видимо, как и задумывалось.

Poivre Piquant L'Artisan Parfumeur

К этому аромату у меня особое отношение. Это первый Артизан в моей коллекции, и в принципе первый нишевый аромат, купленный в магазине - в качестве подарка себе на день рождения. Выбирала между ним и Eau du Navigateur; если б знала, что второй вскорости снимут, выбрала бы его. Но и так отлично получилось.

Poivre Piquant, работа Бертрана Дюшофура, подарил мне одно из самых удивительных парфюмерных переживаний в моей жизни. Однажды я надела его на работу - и засиделась до позднего вечера в пустом офисе. Была зима, в просторном помещении было прохладно и сухо. 

И тут меня окатила с головы до ног волна свежего холодного молока. Я аж дышать перестала. Вдохнула ещё раз. Снова волна молока, но на сей раз со свежемолотым перцем. И только с пятого или шестого вдоха молоко потеплело, и аромат превратился в то пряное средство от простуды, которое я когда-то полюбила.

До сих пор не знаю, что это был за спецэффект. Сочетание тёплой кожи и холодного сухого воздуха? Положение звёзд на небе? Как бы то ни было - с тех пор я ношу его в любое время года, когда мне хочется этого восхитительного густого молока, перец опционален. 

Amaranthine Penhaligon's

Amaranthine (2009) был первой работой того же Бертрана Дюшофура для Penhaligon's - и первым ароматом, перевернувшим имидж дома с ног на голову. До этого он был утончённым аристократическим английским брендом, "Темза, сэр", цветущие сады и разговоры о погоде. Amaranthine сделал его панком, беглым наследником богатого дома, безуспешно разыскивающим свет в сердце тьмы где-то в колониальных джунглях. 

Если присмотреться, то Amaranthine - это вполне классический белоцветочный парфюм, только с авангардным переподвывертом в стиле Дюшофура. Индольный хищный жасмин, классический иланг-иланг... только оба - в овердозах, накрытые сочными зелёными тропическими листьями. Похожий фокус Дюшофур провернул в Nuit de Tubereuse L'Artisan Parfumeur - ещё одной великолепной работе про свет в сердце тьмы.

Где тут молоко? А повсюду. Это млечность сочного стебля тропической лианы, влажный утренний туман над тёплой рекой, сок недозрелого кокосового ореха. Неизвестно, можно ли его пить и не ядовито ли оно, но безумству храбрых...

Oxygene Lanvin

Пришла очередь люксовых ароматов. Увы, снятостей - молочная тема в люксе не прижилась ещё со времён легендарного Le Feu d'Issey Issey Miyake. Практически все попытки сделать из молока не ванильный десерт, а что-то более интересное, проваливались и быстро уходили с полок магазинов. Ну что ж, тренды меняются, подождём ещё. 

Oxygene Альберто Морийяса - довольно странный аромат для Lanvin, бренда, всегда старавшегося аккуратно следовать моде и выпускать что-то максимально безопасное в коммерческом смысле. Это словно бы попытка впрыгнуть в уходящий уже в 2000 году вагон моды на акватику, притом что вышла всё равно не акватика. Это озоново-шероховатый аромат предрассветного тумана над рекой, или облаков, в которых тонет вершина горы, или талого снега в лучах мартовского солнца. В общем, всё это - скорее про воду, чем про молоко или про кислород из названия. Вот только эта вода, сотканная из белоцветочных лепестков и пудрового мускуса, непрозрачная, у неё есть цвет, вкус и, кажется, даже густота. Кто-то чудотворный коснулся воды и превратил её в жирное молоко, только задержался на середине превращения. Очень странный аромат, но по-странному же уютный и носибельный - и, как по мне, вполне унисекс (хотя мужская версия Oxygene тоже выходила).

Omnia Bvlgari

Из всей серии "Омний" именно эту, родоначальницу, почему-то забыли быстрее остальных - и уж точно она не сравнится в популярности с Crystalline или Coral. Сейчас, после снятия аромата с производства, о нём и вовсе забыли. Скорее всего, он просто опередил своё время. 

Сделал Omnia тот же Альберто Морийяс, любитель парфюмерной чистоты и белого цвета. И это с самого начала был не самый обычный восток. В 2003, когда вышел Omnia, не каждая посетительница парфюмерных магазинов согласилась бы пахнуть чаем масала. А Omnia пахнет именно им, сваренным на молоке чёрным чаем со специями, сливочно-пряным и обволакивающим. Эх, подождали бы с ним лет двадцать...

Молока номинально в нотах нет, но без него бы чуда не произошло: именно оно связывает воедино гурманские и пряные ноты, создавая мягкий бежевый фон для тонкой вышивки. Это прекрасная индийская шаль для холодов. Я чаще всего именно в холода его и ношу. 

Amour Nocturne L'Artisan Parfumeur

И в завершение - снова ниша и снова Бертран Дюшофур. Его сотрудничество с L'Artisan Parfumeur было долгим и плодотворным. 

Молоко с порохом - удивительная история в духе сюрреализма. Если эти двое почему-то встретились, то они могут рассказать историю, которая может развернуться как угодно. 

Но если добавить к этому сочную хищную гардению (упорно слышу там её, а не заявленную орхидею), то история превращается в нуар, только действие его происходит в жарком латиноамериканском или флоридском городе, душной влажной ночью. История про любовь, которая вот-вот срифмуется с кровью. 

Молоко здесь - эссенция чувственности, тепло человеческого тела в жидком виде. Оно сливается со сливочной стороной гардении, которая, в свою очередь, чуть его подсаливает и делает ещё чувственнее, почти неприличным - но не зашагивает за эту грань.

Конечно, мне бы хотелось, чтобы молочных ароматов стало больше. И чтобы они были не менее интересными, чем перечисленные в этой статье. Но уже по ним очевидно, что молоком можно писать не только гурманские истории.

Bendelirious Etat Libre d'Orange: признания шопоголика

 

Название этого парфюма я всё время произношу неправильно. Мне всё время хочется сказать "Бендерилиус" - от слова "Бендер", конечно (поток ассоциаций к этому имени я оставлю на совести читателя). Хотя на самом деле он "Бенделириус". От слова "Бендел" - и это в первую очередь имя. 

Генри Уиллис Бендел - сын еврейских иммигрантов, открывший в 1895 году в Нью-Йорке собственный магазин готового платья. Начинал он как шляпник, потом прокачался до популярного фэшн-дизайнера - а потом обнаружил, что бизнесмен из него даже лучше, чем кутюрье. 

Универмаг Henry Bendel, открывшийся изначально на Западной 57-й улице Манхэттена, во многом был первым - так, Генри Бендел первым придумал устраивать фэшн-шоу прямо в магазине, добавил для любимых клиенток услугу полного мейковера, а также первым начал выпускать собственный парфюм. По сути, он превратил магазин в бренд - и неплохо на этом заработал.

В более чем столетней истории Henry Bendel много славных страниц - открытие нового поколения американских дизайнеров в 1960-х (Ralph Lauren, Sonia Rykiel, Perry Ellis и прочие), работа с Энди Уорхоллом, который рисовал для бренда рекламные материалы... Закрылся он в 2018 году, перед этим успел перевезти флагманский магазин на Пятую авеню. И выпустить ещё один фирменный парфюм - на сей раз в коллаборации с молодым и дерзким брендом нишевой парфюмерии.

Флагманский Henry Bendel на Пятой авеню

Etat Libre d'Orange появились на рынке в 2006 году сразу с линейкой из 11 ароматов, среди которых уже были великие и ужасные Secretions Magnifiques. А ещё - Putain des Palaces, Jasmine et Cigarettes, Vraie Blonde и Rien... Дерзкие названия и провокативные маркетиновые легенды, мощные ароматы с приличными нишевыми стойкостью и шлейфом - все как один с сексуальными коннотациями... Как говорится, what's not to love? 

Сейчас весь этот парад провокаций кажется только милым (и шокировать может разве что школьников младших классов и их учительниц), тогда же линейка вызывала самые разнообразные эмоции, а бренд - желание говорить о нём. Собственно, чего и добивался создатель бренда Этьен де Свардт. Он, кажется, первым понял, что маркетинг и сарафанное радио важны для ниши не менее, чем для люкса и массмаркета. И что ниша точно так же продаёт не только ароматы, но и истории - это, впрочем, понимал и Серж Лютанс. Но де Свардт продавал ещё и шоу, которое можно сделать из любой хорошей истории. 

Этьен де Свардт

Тем временем у бренда Henry Bendel наступили увлекательные времена: в 2008 году нью-йоркский универмаг стал сетью из 28 магазинов по всей стране. Вероятно, это событие и решили отметить выпуском аромата, который должен был продаваться эксклюзивно в этой сети.

Bendelirious создавал Антуан Ли, ответственный примерно за половину имеющихся в наличии ароматов ELDO на тот момент, в том числе Secretions Magnifiques и Rien. Он хорошо понимал и игривый вайб бренда, и то, что от него хотели заказчики из Henry Bendel. А им определённо был нужен в первую очередь понятный аромат - весёлый и оптимистичный, создающий ту же атмосферу вечного праздника, к которой стремятся все на свете торговые центры (потому что весёлые умиротворённые посетители склонны тратить больше денег, но это уже детали).

Антуан Ли

Для Bendelirious, конечно, тоже была написана легенда и придумана героиня. И эта героиня - party girl, urban fairy, the one who stands out in a crowd and leaves behind the memory of a smile and a scent. Девушка-праздник, заметная в любой толпе. 

Рекламный постер аромата

Пахнет эта звезда вечеринок, конечно, шампанским - а ещё рассыпавшейся в сумочке пудрой, вишнёвым блеском для губ и конфетами. И ещё - запахом больших городов, стерильной чистотой торговых центров, в воздухе которого смешивается аромат всех товаров - и тщательно кондиционируется. Bendelirious - самый "химический" аромат ранних ELDO, и то, что таким стал именно аромат для американского универмага, может читаться как очень тонкая ирония от французского бренда. Такая же, как небоскрёб-шприц на рекламном постере аромата. 

Только такая party girl ассоциируется у меня не столько с посетительницами торговых моллов, сколько с одной из героинь клипа Dancing At The Supermarket. Здесь, в круглосуточном супермаркете на районе, она покупает своё игристое и вишнёвую пастилу, а если встретит между рядами с заморозкой свою любовь - что ж, и такое тоже бывает. 

И ещё - в этом клипе есть та сумасшедшинка, которая мерцает в каждом флаконе Etat Libre d'Orange. 

Noir Epices Frederic Malle: мой тёмный близнец

Когда я начинала писать этот текст, я была уверена, что Noir Epices - любимый аромат самого Фредерика Малля. Откуда я это взяла - не помню, но вполне возможно, что отчасти это правда. Потому что он в каждом интервью говорит, что прямо сейчас носит самые новые ароматы своего бренда. На данном этапе это, судя по всему, Uncut Gems Мориса Руселя. 

Saraj Gritti: дым и чёрные зеркала

 

Раньше я знала, что слово Saraj означает "дворец" в тюркских языках (Бахчисарай - "сад-дворец", например). Но, оказывается, есть варианты. В Индии есть мужское имя Saraj, означающее - в разных источниках - "солнечный луч" или "рождённый в воде лотос". По-арабски saraj - "седло". А на санскрите saraja - "пыльный". 

И всё это совершенно никак не объясняет концепции аромата под названием Saraj от итальянского бренда Gritti (полное название - Gritti Venetia, ранее - Dr Gritti Venetia).

Лука Гритти - создатель и единственный парфюмер бренда - потомственный венецианский аристократ, все предки которого имели то или иное отношение к парфюмерии. Он даже получил химическое образование, по семейной традиции, но внезапно взбунтовался - и пошёл работать финансовым консультантом. Да, вот так бунтуют дети в креативных семействах, когда не хотят быть nepo babies. 

На логотипе Gritti изображён фамильный герб семейства

Впрочем, через семь лет такой работы, в 2010 году Лука решил, что фамильное дело ему всё-таки интересно, и основал собственный бренд - отдельно от всех семейных бизнесов. И бренд довольно быстро завоевал признание парфувлечённых и простых пользователей. Gritti с самого начала был очень понятной нишей - качественной и концептуальной, но вполне носибельной. 

Лука Гритти на Esxence 2016 (источник)

Самая популярная линейка Gritti - "белая", жизнерадостные и остроумные ароматы в белых флаконах. Тут много цветов и фруктов, а ещё много столь ценных для пользователей "стойкости и шлейфовости". Но до белого цвета был чёрный, нигредо всегда предшествует альбедо. 

Saraj на Фрагрантике не относится к Black Collection бренда - но официальный сайт утверждает, что как раз относится. И в этом случае я бы предпочла верить именно ему. 

Именно в "чёрной коллекции" вышел первый аромат Gritti - Antalya, и был он необычным морским фужером с отчётливым восточным уклоном. В сторону Востока смотрел Лука Гритти и после этого - вся Black Collection наполнена специями, драгоценным деревом и другими составляющими ориентального направления в парфюмерии. Даром что богатая история его родной Венеции всегда была тесно переплетена с арабскими странами и Османской империей. 

Saraj описывается как портрет женщины - загадочной принцессы Алайи (вымышленный персонаж), нарисованный на песке пустыни. Аромат этой незнакомки должен быть тёплым и соблазнительным, кружащим голову и не отпускающим до следующего свидания с ней. Опять-таки - если верить официальному сайту.

И вот это - тот случай, когда мне что-то не очень верится официальному сайту. Потому что я, как ни стараюсь, не вижу в Saraj эту восточную принцессу. Вполне возможно, что это таки дворец - но кто в нём живёт? 

В самом начале я слышу в аромате что-то пряное, при этом твёрдое и округлое, вроде горошин перца. Перец, впрочем, в аромате не заявлен - тут есть корица и гвоздика, поданные довольно резко и в каком-то смысле маскулинно (в отзывах на этот аромат часто пишут, что он кажется скорее мужским и не представляется на женщине). Ветивер и кедр поддерживают эту "янскую" твёрдость и строгость, а зелёная ангелика при таком соседстве начинает пахнуть полынью. 

Но потом шкаф со специями сменяется ароматным дымом - это олибанум и ладан, прохладные и сумрачные, как пространство внутри огромного храма. Какому богу или богине посвящён этот храм и при каком дворце он находится - остаётся только догадываться. 

Saraj - один из самых красивых на моей памяти ладанных ароматов. Но этот ладан скорее про интерьер, чем про человека. Он медитативный и успокаивающий, но совершенно не чувственный. Он про духовное, а не про телесное. Здесь нет твоей принцессы, Марио, и вообще это не тот замок. Иди с миром. 

Если тут есть люди, то они - функция от интерьера, силуэты на фоне, воспоминания самого дворца. Как в этом красивом клипе. 

Escentric 03 Escentric Molecules: банка свежего воздуха

Более скандального бренда, чем Escentric Molecules, я не припомню. Какого только хорошо продуманного эпатажа не было до и после 2006 года, когда появился бренд Гезы Шёна, какие только удары не терпели носы и мозги несчастных парфманьяков и простых пользователей парфюмерии... Но ничто из них не сравнится с накалом интернет-боёв на тему "Молекулы - надувательство в особо крупных размерах или новое слово в парфюмерии?"

Для тех, кто всё пропустил, вкратце пересказываю. Идея Гезы Шёна была в том, чтобы сделать "нуль-парфюмерию" или даже "минус-парфюмерию", выведя на первый план не полумифические "нотки и пирамидки", а химические соединения (на профессиональном жаргоне "молекулы"), которые на самом деле были в парфюмерии давно, просто о них знали - и пользовались ими - только парфюмеры. У бренда с самого начала были две линейки: серия Molecules содержала эти вещества в чистом виде, серия Escentric - в виде минималистичного аккорда, лаконичной парфюмерной композиции.

Флаконы Escentric Molecules тоже наводят на мысли об уроках химии

Пройдёт лет 15, и амброксан станет таким же привычным словом в "пирамидках", как кашмеран (тоже искусственная "молекула", но, кажется, существовали люди, реально верившие в существование некоего "кашемирового дерева"). Но в середине нулевых никто толком не знал, как продавать эти ароматы. Начались маркетинговые легенды про волшебные парфюмы, "подчёркивающие запах вашей кожи", а отсюда полшага до "запаха секса" и прочих ароматов с феромонами. Кто-то придумал использовать "молекулы" для смешивания с другими ароматами - позже на этом же обрёл популярность Not A Perfume Juliette Has A Gun - до сих пор один из бестселлеров бренда. А кто-то стал носить эти лаконичные истории сами по себе - и оказалось, что в них спокойно и комфортно. 

Честная урбанистическая парфюмерия нашла своих поклонников - и находит до сих пор. У бренда вышло уже 5 пронумерованных пар и несколько вариаций к существующим - последняя на сегодняшний день вышла в 2020 году. И, судя по всему, останавливаться они не собираются. 

Создатель "молекул" - такой же стильный чувак, как имидж его бренда :)

Первой героиней бренда в год его запуска стала молекула Iso E Super, существующая в аромахимии с 1973 года. Вторым был амброксан - пара ароматов с ним вышла у Escentric Molecules в 2008 году. Третьим - ветиверилацетат, и вот о нём мы сейчас и поговорим.  

Тут я должна оговориться: в самом начале своего парфманьяческого пути я была на стороне тех, кто считал "молекулы" продажей воздуха за большие деньги. Я, конечно, все их попробовала (на тот момент вышло 3 пары, и их легко было найти в магазинах) - и мне ничего не понравилось. "Молекулы" пахли горелой проводкой, пластмассой, оргстеклом и прочим неуютным киберпанком. Тогда мне хотелось от парфюмерии не этого - мне ещё только предстояло полюбить всей душой бренд Comme des Garsons, сделавший карьеру на этой занимательной урбанистике. 

И совершенно неожиданно Escentric 03 открыл мне нечто новое. Как будто окно - или хотя бы форточку - в новое пространство. 

Ветивер - это такая трава (фото из Википедии)

Ветиверилацетат, ставший главным героем третьей пары Escentric Molecules (в Molecule 03 вообще нет ничего, кроме него), появился в парфюмерии не вчера. Выделять спиртовую фракцию натурального ветиверового масла (сырьё, которое получают из корней ветивера), а затем обрабатывать уксусной кислотой, чтобы получить собственно ветиверилацетат, умели ещё в начале ХХ века. Классический шипроальдегид Aprege Lanvin, вышедший в 1927 году, содержит целых 11% ветиверилацетата - он помогает раскрываться цветочному сердцу аромата, делает его строгим и собранным, превращает цветочный букет в детективную загадку, увлекающую за собой, в загадочные тёмные коридоры. 

Но в Escentric 03 ветиверилацетат не делает аромат тёмным, не заземляет его, как он умеет это делать. Напротив, он взлетает вверх, в прозрачную глубину неба. Как будто перед тобой распахивают дверь - и за ней оказывается лес посреди зимы. С ароматом хвои и древесной коры смешивается запах льда и снега - а ещё запах дублёнки, в которой мы вышли в зиму, запах мыльной чистоты после горячего душа и самую малость - запах антисептика для рук...

Антисептик в эту компанию затесался случайно и недавно: пост-пандемийное восприятие накладывает отпечаток. Но в Escentric 03, приходится это признать, таки есть что-то ненатуральное, пластиковое, урбанистическое и "чистое до скрипа". Как будто внутренности домика, из которого мы вышли в эту освежающую зиму, обставлены новейшей мебелью в скандинавском стиле. 

Но взаимоотношения природного и урбанистического тут интересные. Словно это не деревья, высаженные в городе в виде, допустим, тщательно вылизанного парка - а город вырос посреди леса, и лес милостиво позволил ему это сделать. В этом аромате есть человеческие, слишком человеческие оттенки мыла, ирисовой пудры и даже джин-тоника (лайм и хвоя складываются в очень похожий на него аккорд) - но хвоя и древесная кора, подчёркнутые ветиверилацетатом, всё-таки тут главные. 

Я всё ещё не люблю в парфюмерии сильно выраженную Iso E Super и амбродеревяшки. Но этот портал из города в хвойный лес - на мой пристрастный взгляд, лучшее, что получилось у этого скандального бренда. Люблю открывать эту дверь в любое время года - нам всегда не хватает хороших порталов.

1270 Frapin: осеннее вино

 

Когда заниматься парфюмерией начинают винодельни - это, на мой взгляд, смотрится даже логичнее, чем когда за ароматы берутся модные дома. Потому что во втором случае нам продают некий вымышленный образ, мечту о красоте и успехе, которая может пахнуть абсолютно чем угодно, в зависимости от трендов сезона. Когда мы смотрим фэшн-шоу - мы не думаем про запахи. А когда мы думаем про вино, коньяк или виски - мы думаем про букеты и послевкусия, ноты и раскрытие... то есть думаем непосредственно про аромат, а не маркетинговые финтифлюшки вокруг него. 

В этом смысле я считаю совершенно логичным, что By Kilian (ныне просто Kilian), основанный наследником коньячного дома Килианом Хеннеси, в конце концов пришёл к алкогольной теме - и его Angels' Share мне кажется прямым наследником аромата, о котором я сейчас пишу. 

Французский коньячный дом Frapin зашёл на парфюмерный рынок не так уж и давно - в 2007 году (одновременно с вышеупомянутым By Kilian, так совпало). Зато сразу с тремя ароматами: Esprit de Fleurs, Terre de Sarment и Passion Boise - женский, мужской и унисекс соответственно. И все три оказались очень хороши: крепко сбиты, насыщены, богаты и интересны. И, конечно, уже своими названиями они отсылали к богатой ароматике коньяков.

Парфлюбителям ароматы очень зашли. И когда в 2010-м вышел 1270 - он очень быстро стал самым популярным ароматом бренда. Именно с него я начинала знакомство с Frapin - и это знакомство в конце концов увенчалось приобретением флакона, потому что я поняла, что этот аромат мне очень нужен. Без него осень какая-то не та.

По моему опыту, лучше всего 1270 чувствует себя именно осенью. Желательно - золотой, когда небо светится особой осенней синевой, а солнце уже не греет, но сверкает и улыбается деревьям в разноцветной листве. Тогда 1270 - аромат сельского праздника урожая: необъятной длины деревянный стол под открытым небом, горы яблок и поздних слив, плошки с цветочным мёдом, бочонки с домашним сладким вином и коньяком, палые листья и - ближе к вечеру - пряный глинтвейн с дымом костра. 

Стоит похолодать - и все сладкие ноты 1270 сливаются в один медово-сиропный фон, алкоголь выветривается вовсе, древесная база лишь угадывается. Только если согреть аромат на запястье под свитером, он вспоминает, как прекрасно осеннее солнце.

И всё это - ароматика коньяка. Причём совершенно конкретного - 1270, одноимённого парфюму. Только неизвестно, что было первым: коньяк или парфюм. Хотя нет - первым точно был год. 1270 - это именно он.

Тот самый коньяк

Важен этот год потому, что именно в 1270 году на землях нынешней французской провинции Шампань - тогда это была прекрасная цветущая Аквитания - члены семьи Фрапен основали небольшое поместье, где выращивали виноград и делали вино, которое впоследствии научились перегонять в коньяк. Эти виноградники пережили Столетнюю войну и много других невзгод, включая Вторую мировую. Нам сейчас семейный бизнес, восходящий к XIII столетию, кажется чем-то совершенно нереальным - но в Западной Европе такое встречается.

Из рода Фрапен происходил, в частности, писатель Франсуа Рабле - сын Антуана Рабле и Анны Катерины Фрапен. Племянник Рабле, Жеан Фрапен, был придворным виночерпием короля Франциска I.

Коньяк 1270 - удовольствие недешёвое, и пробовать его мне не доводилось. Впрочем, в обзорах отмечают его фруктовые ноты - и, думаю, именно их создательница аромата Сидони Лансессер в первую очередь стремилась запечатать во флакон. Здесь много фруктов - и свежих, и сушёных, но все они пропитаны солнцем, благословенным солнцем Шампани. 

Но что-то неуловимо напоминает о том, что это аромат не про фрукты, а про коньяк - алкогольные ноты в 1270 не очень явные, но всё равно оставляют ощущение, будто бы рядом с фруктами стоит бокал глинвейна. Или коньяка. 

Эта тема требует, конечно, более глубокого изучения, но у меня есть ощущение, что в своё время именно 1270 стоял у истоков алкогольного тренда в нишевой парфюмерии (а ещё Chene Serge Lutens 2004 года) - не просто "запаха открытой бутылки", а попыток передать в парфюме тонкую ароматику хороших напитков. 

Frapin развил успех, выпустив ещё один "годовой" аромат - 1697, названный в честь года, когда род Фрапенов получил фамильный герб и дворянский титул. А Сидони Лансессер впоследствии создала два аромата из хитовой "коктейльной" серии Kilian: Vodka on the Rocks и Apple Brandy.

Как по мне, 1270 - это классика, обязательная к ознакомлению для всех парфувлечённых. Он может быть очень разным. Одни отзывы уверенно причисляют его к маскулинным, другие - к феминной ванильно-фруктовой гурманике. Одни слышат в нём стручковую бурбонскую ваниль, другие - сладкий кофе с коньяком. Кому-то здесь слишком много алкоголя, кому-то недостаточно. В общем, всё как и положено с хорошо сделанным непростым ароматом. 

Замок Фрапен (фото с офсайта)

Frapin тем временем продолжает выпускать достойные внимания ароматы в неизменных по форме флаконах - теперь уже под отдельным брендом, P. Frapin & Cie. Каким-то образом они не теряются на фоне многообразия современной ниши и очень уверенно себя чувствуют. За их плечами - семь веков семейной бизнес-истории, с таким багажом можно ничего не бояться.

Vent Vert Balmain: зелёная дверь

 

Флакон этого аромата стоит в Международном музее парфюмерии в Грассе - наряду с Shalimar, Chanel No 5, Opium, Poison и прочей бессмертной классикой. И это, конечно, его первая версия. В случае с Vent Vert, в отличие от многих других классических парфюмов, доподлинно известно про его переформулировки. В истории этих версий было три. 

Первую - ту самую, классическую - придумала в 1947 году Жермен Сельер, одна из первых женщин в индустрии, в которой на тот момент доминировали мужчины. Сельер - создательница эпохальных (и скандальных) Bandit и Fracas для Robert Piguet. Vent Vert, созданный после Bandit, но до Fracas, тоже стал бомбой - и родоначальником целого парфюмерного жанра: зелёных ароматов. 

В 1991 году аромат реформулировала Калис Беккер, которая тоже давно и прочно вошла в историю парфюмерии: примерно половина её творений - современная классика. Новая версия Vent Vert - всего второй её аромат: первым был Monsieur Balmain, опять-таки реформулировка. Судя по встретившейся мне информации, Калис пришлось непросто: в оригинальной формуле Сельер - 1100 ингредиентов! Беккер сократила эту громадину до более удобоваримых 33. И заодно осовременила аромат, избавив его от винтажного "бабушкиного" флёра. В "стерильные" минималистичные 90-е, время акватики и чистоты, новый Vent Vert вписался как родной. Хотя и заставил Луку Турина провозгласить в своей книге, что Vent Vert мёртв. 

Наконец, в 1999 году Vent Vert в третий раз реформулировала ещё одна выдающаяся женщина - Натали Фейстауэр, создательница Eau des Merveilles Hermes и Putain des Palaces ELDO. 

Жермен Сельер, Калис Беккер и Натали Фейстауэр - три феи Vent Vert

Знатоки пишут, что разные версии отличаются. Мне сложно разобраться, какая версия у меня: с одной стороны, появилась эта миниатюрка у меня не так уж и давно. С другой стороны, на форумах пишут, что прямоугольный флакончик с "хохолком" - примета как раз версии 1991 года, да и пожелтевшая жидкость намекает на то, что это какой-никакой, а винтаж. Так или иначе - для меня эта миниатюрка, купленная когда-то за компанию с другими парфюмами, оказалась зелёной дверью в мир ароматов, про которые я годами была уверена, что не люблю их.

Зелёные ароматы всегда казались мне либо горькими, либо мыльными, либо запахом воды в вазе из-под цветов. Даже прославленная Chanel No 19 не изменила этого мнения (в конце концов я и тут нашла "свою" версию, но это другая история). А изменила его именно эта гальбанумная бомба под очень точным названием "зелёный ветер" - Vent Vert. Для меня это свежескошенный луг и утренний освежающий одеколон в одном флаконе. В любое время года работает порталом на летние альпийские луга. 

Вот этот рекламный постер - на нём именно вторая версия аромата - идеально соответствует содержимому флакона. 

Ключом к успеху первой версии, 1947 года, был именно передоз гальбанума - ничего подобного до Жермен Сельер никто не делал. Гальбанума в формуле 8% - и это действительно очень много. 

Гальбанум - это камедесмола, которую выделяет при надрезе ствол растения растения ферулы камеденосной - Ferula galbaniflua. Собирают эту смолу вручную - неудивительно, что стоит это ароматическое вещество недёшево. 

Гальбанум в диких условиях

Человечество знакомо с гальбанумом и его "матерью" ферулой давно - ещё в Древнем Египте эту смолу использовали как благовоние, но обычно в смеси с другими веществами. В Книге Исхода есть строки: "И сказал Господь Моисею: возьми себе благовонных веществ: стакти, ониха, халвана душистого и чистого ливана, всего половину, и сделай из них искусством составляющего масти курительный состав". "Халван" в этом рецепте - это и есть гальбанум, который добавлялся в ароматические смеси в виде порошка из высушенной смолы. А смесь, которая в Ветхом Завете называется кеторет, была важной составляющей ритуалов в Первом и Втором Храмах Иерусалимских. Один из средневековых талмудистов комментировал этот рецепт в том духе, что гальбанум своей горечью должен был оттенять сладость ладана и пьянящую роскошь благовонных деревьев, чтобы напоминать о неизбежной расплате за грехи. 

Использовался гальбанум и в медицине - о его целительных свойствах писал Гиппократ. А в середине XIX века гальбанумную смолу применяли для... депиляции (такую рекомендацию давала актриса Лола Монтес, любовница короля Людвига Баварского), примерно как горячий воск. 

Но в парфюмерии эта ценная смола прижилась лучше всего. До появления Vent Vert самый заметный гальбанум можно было найти в волшебном Vol de Nuit Guerlain - здесь он свежий, влажный, как ночной воздух, в котором разворачивается цветочная композиция. Но в целом парфюмеры предпочитали не рисковать с большими количествами гальбанума - "родной" аромат у него действительно очень горький, землисто-древесный, и скорее хвойный, чем травянистый. Для нишевых экспериментов было ещё рано - первая половина ХХ века была временем элегантных цветочных композиций. 

Жермен Сельер рискнула - и выиграла. Гальбанум в Vent Vert - первая скрипка, и в последующих версиях он остался таковой. Именно он набрасывает на всю композицию зелёную шёлковую вуаль, под которой прячется букет весенних цветов - в первую очередь гиацинтов и ландышей, а где-то за ними скромно поджидает своей очереди свежая роза с капельками сладкой росы на лепестках... Да, на этом зелёном лугу цветут медоносные растения - но мёда придётся подождать.

Vent Vert в своих поздних версиях становится почти цветочным шипром - но лёгким, без свойственных шипрам задумчивости и меланхолии. Он весь - как вихрь из названия, легкомысленный и радостный, и в какую страну он унесёт ту, что носит его - неизвестно. Но там точно будет хорошо.